А.В. Васильев о теориях Эйнштейна

Vasilev Alexandr Vasilevich.jpgВышло уже 4-е издание книги «ПРОСТРАНСТВО, ВРЕМЯ, ДВИЖЕНИЕ. Исторические основы теории относительности» известного российского математика, историка науки, Информация / Заказобщественного деятеля Александра Васильевича Васильева (1853—1929). А первое её издание увидело свет в Петрограде почти век назад — в 1923 г.

Он учился в Санкт-Петербургском университете, слушал в Берлине лекции Вейерштрасса и Кронекера, а в Париже —  Эрмита. Стал приват-доцентом в Казанском университете, там же с 1887 г. — профессором. Занимался матанализом и теорией функций, организацией математического образования. С 90-х годов широко изучал и пропагандировал геометрические идеи Лобачевского, участвовал в издании его трудов, написал его биографию.

В 1906 г. в связи с избранием в Государственный Совет Васильев переехал в Петербург. Преподавал в университете, на Бестужевских курсах и в педагогическом институте. С 1913 по 1915 год под его редакцией выходил сборник «Новые идеи в математике». В 1921 году по его инициативе было воссоздано Петроградское математическое общество, председателем которого он был до своего переезда в Москву в 1923 году.

В небольшой книге «ПРОСТРАНСТВО, ВРЕМЯ, ДВИЖЕНИЕ…» Васильев в первых трёх главах рассматривает, начиная с античных времён, развитие тех идей, что подготовили почву для создания ТО, а заключительные главы посвящены СТО, ОТО и их философскому значению. Книга интересна прежде всего тем, что отражает взгляды современника — описывает восприятие научным миром ТО вскоре после её появления, когда были живы многие активные участники событий, а сама теория ещё не успела превратиться в догму.

Показана путаница, царившая в тот период в некоторых важных вопросах, в результате которой начальное требование постоянства скорости света, то есть инвариантности нулевого интервала (изотропного конуса), незаметно подменили на более сильное — инвариантности ненулевого интервала, что привело к неправильному виду преобразований. Возникли парадоксы, и Васильев ставил вопрос (с. 96): «…Не имеем ли мы дела с парадоксальностью только мнимою, не происходит ли эта парадоксальность от ограниченности нашего воззрения на мир, обусловленного ограниченностью нашей психофизиологической организации?» Видимо, он полагал, что для принятия теории Эйнштейна потребуется изменение психофизиологии физиков.

По убеждению Васильева, наука есть самое высокое творение человеческой мысли и движет её вперёд не принуждение, а «свободная любовь к научной истине и благородное соревнование». Наверное, в 19 веке так оно и было.

Книги и сыновья Анны Ливановой

Как сказал когда-то главный редактор «ХИМИИ И ЖИЗНИ» акад. Игорь Васильевич Петрянов-Соколов (1907—1996), «научная литература соотносится с научно-популярной, как золотоносная руда с чистым золотом». Да, и этот сложный жанр требует от авторов разносторонней культуры и разнообразных способностей. К счастью, у нас в стране таких людей было много, и среди них  Анна Михайловна Ливанова (1917—2001) .

Физик по образованию, после окончания МГУ она работала в Энергетическом институте им. Г.М. Кржижановского, где изучала мощные электрические разряды. И одновременно писала очерки о науке. Стала автором научно-художественных ЛивановаКнигкниг «Физики о физиках» (1968), «Три судьбы» (о творцах неэвлидовой геометрии) (1975), «Ландау» (1978, 1983) и др., переводившихся на многие иностранные языки. 

Мне не удалось найти в Интернете фото А.М. Ливановой (хотя оно имеется на последней странице обложки её книги «Физики о физиках»), но зато я узнал про двух её сыновей. От первого брака с крупным физиком М.Е. Жаботинским — это вошедший в историю науки (колебательная химическая «реакция Белоусова—Жаботинского»Анатолий Маркович Жаботинский (1938—2008); кстати, его мачехой стала И.Л. Радунская — тоже популяризатор науки (о ней я недавно писал). А от второго брака с писателем-фантастом Александром Шаровым (настоящая фамилия Нюренберг) — недавно скончавшийся писатель, поэт, лауреат «Русского Букера» (в 2014 году) Владимир Александрович Шаров (1952—2018).

Вот так, и в семейной жизни, и в творчестве Анны Михайловны соединились наука и литература.

Памяти М.Б. Черненко — шефа ХиЖ

На 93-м году умер один из отцов-основателей  «ХИМИИ И ЖИЗНИ» Михаил Борисович Черненко. Будучи в течение двадцати лет — с момента рождения нового научно-популярного издания в 1964 г. — первым заместителем главного редактора (акад. Игоря Васильевича Петрянова-Соколова), он непосредственно руководил редакционной работой, определял дух и стиль журнала. Прежде всего благодаря ему ХиЖ и по содержанию, и по оформлению, и по составу авторов стал как бы оазисом в тогдашней административной системе. 

Конечно, это нравилось далеко не всем. По мере углубления «застоя» давление на журнал усиливалось: в вышестоящие инстанции поступали соответствующие сигналы, начались проверки комиссиями. И в мае 1985 г., то есть уже на заре перестройки, появился приказ об освобождении М.Б. Черненко от должности.

Картинки по запросу Черникова Вера Константиновна

На снимке — редакция ХиЖ во время поездки в Дубну с устным выпуском журнала в 1969 г.

М.Б. Черненко в верхнем ряду крайний слева.

*  *  *

Добавлю своё личное воспоминание. В феврале 1984 г. вышла моя первая статья в ХиЖ «Этюды о биологической памяти», в ходе подготовки которой я познакомился с Михаилом Борисовичем. А весной 85-го я отнёс в редакцию новую статью «О тайне мира – пусть хотя бы лепет» (об антропном космологическом принципе); когда спустя некоторое время позвонил туда, редактор Вера Константиновна Черникова сказала: «У нас большие неприятности. Ничего такого в ближайшее время печатать не будем». (Эта моя статья дождалась своего часа – опубликована в 1988, № 12.)

Ошибочная догма СТО

Наш физик-теоретик (он работал в ИТЭФе, был профессором МИФИ) Михаил Васильевич Терентьев (1935—1996) Терентьевопубликовал в «Эйнштейновском сборнике» 1982—1983 (М.: Наука, 1986) статью «ЕЩЁ РАЗ О СПЕЦИАЛЬНОЙ ТЕОРИИ ОТНОСИТЕЛЬНОСТИ В ИСТОРИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ». Это была развёрнутая рецензия на кн. A.I.Miller. Albert Einstein`Theory of Relativity (1905) and Early Interpretation (1905—1911)`. N.Y., 1981, 466 p.

В начале автор пишет (с. 324):

В рецензируемой книге А. Миллер ставит задачу проанализировать статью Эйнштейна «Об электродинамике движущихся тел» (в которой сформулирована специальная теория относительности) так, как до сих пор анализировались тексты классических литературных произведений. Его цель — понять происхождение каждой фразы. Какая обстановка, какой образ мышления заставляли Эйнштейна в каждом случае говорить так, а не иначе или же вообще воздерживаться от высказывания?

Вот до какой степени может дойти фетишизация научного текста, вера в его непогрешимость. Подобное отношение мешает многим физикам взглянуть на СТО критическим взглядом. 

ЭйнУдоски

Эта теория основана на неверных преобразованиях (получивших имя Лоренца), поэтому она полностью несостоятельна. Об этом в моём «Мемуаре» (2000), а о дальнейшем развитии предложенного подхода — в статье «Истинная геометрия природы» (2018).

Развитие геометрии Лобачевского

В конце 40-х и начале 50-х годов у нас выходили книги серии «Геометрия Лобачевского и развитие её идей». Там были представлены работы Я. Больяи, Д. Гильберта, В.Ф. Кагана, А.П. Котельникова и В.А. Фока,  других авторов. Достал вышедшую в 1951 г. книгу Жака Адамара (о нём я писал: <АдамарБлог>); её перевёл А.В. Васильев (о нём я тоже писал: <ВасильевБлог>), а отредактировал Б.А. Фукс.

Адамар Ж. Неевклидова геометрия в теории автоморфных функций

Этот текст Адамар создал в 20-х годах, он носит обзорный характер и почти не содержит формул. Тема очень интересная: тут «неевклидовы кристаллы», проблема униформизации многозначных функций, тесная связь геометрии Лобачевского с теорией функций.

Как сказано в предисловии, хорошим дополнением к ней может служить изданная чуть раньше в том же году в этой же серии книга Б.А. Фукса «Неевклидова геометрия в теории конформных и псевдоконформных отображений». Позднее Борис Абрамович Фукс (1907 – 1985; его фото тут: <Б.А.ФуксФото>) был профессором и завкафедрой высшей математики в МИЭМе, и будучи студентом в 60-годы, я слушал его отличные лекции по матанализу, ТФКП и др. (Похвастаюсь: у меня есть его книга «Специальные главы теории аналитических функций многих комплексных переменных» с дарственной надписью: «Верховскому Льву, победителю III математической олимпиады от автора. Б. Фукс. 21.4.1966″ — была олимпиада МИЭМ для школьников-выпускников 1966 г.)

В 1951 г. в стране широко отмечали 125-летие открытия Н.И. Лобачевским неевклидовой геометрии. В Казани прошла посвящённая ему научная конференция, на которой выступили с докладами крупнейшие геометры А.П. Норден, С.П. Фиников, Б.А. Розенфельд, Г.Ф. Лаптев, З.А. Скопец и др. (В.Ф. Каган не смог приехать по состоянию здоровья), которые активно развивали это направление.

А сейчас что-то не видно большого внимания к геометрии Лобачевского, вообще неевклидовой геометрии. Моё убеждение: до тех пор, пока физики-теоретики не перестроят своё мышление, не станут основываться на проективной геометрии (и порождаемых ею неевклидовых геометриях), фундаментальная физика не выйдет из тупика. 

50 лет окончания школы

%d1%88%d0%ba%d0%be%d0%bb%d0%b0330В 1966 году я окончил 11-й класс школы № 330, что близ Курского вокзала. Это учебное заведение имело богатую историю и традиции, в нём в разное время учились многие известные люди. В тот год был двойной выпуск, так как школы возвращались к десятилетнему обучению; соответственно, конкурсы в вузы были в два раза выше.

Вот наш 11-А:

ccf19092016

Нижний ряд, слева направо: Сергей Кибец, Лариса Грушко, Наталья Кожевникова, Татьяна Изакова, Любовь Гайдаренко, Надежда Прудникова, Наталья Кравченко, Наталья Журавлёва.

Второй ряд: Леонид Первышев, далее — наши дорогие учителя (к сожалению, не все): ВАЛЕНТИНА ПАВЛОВНА ?? (фамилию не могу вспомнить, жду помощи от одноклассников)  (география), ИЗРАИЛЬ ЛЬВОВИЧ ЛЕВИТЕС (математика), ПАВЕЛ ЕФИМОВИЧ ХАЛДЕЙ (литература), ТАМАРА ВАСИЛЬЕВНА САЙЧУК (история), НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ ДАГМАРОВ (химия). Крайний справа — Владимир Загорец.

Третий ряд: Людмила Забелина, Лариса Преснякова, Ирина Захарова, Татьяна Пашкова, Галина Орех, Татьяна Божевикова, Людмила Кочман, Раиса Яхина, Надежда Попкова, Нина Пичугина, Евгений Метёлкин, Евгений Папернов.

Четвёртый ряд: Сергей Чернышёв, Михаил Генкин, Михаил Горевич, Лев Верховский, Александр С. Дмитриев, Сергей Каркачёв, Алексей Дорошенко, Владимир Емельяненко, Борис Захаров, Валерий Николаев, Олег Фишер, Валентин Захаров (на фото отсутствует Александр М. Дмитриев).

Нет на этой фотографии физички АННЫ ЯКОВЛЕВНЫ ШАТАГИНОЙ (она была тяжело больна и в то лето скончалась), химика и директора школы АФАНАСИЯ ТРОФИМОВИЧА МОСТОВОГО , умершего в 1965 году (директорский кабинет занял П.Е. Халдей).

Читать далее

Жизнь в домембранную эру

Биолог из Питера Владимир Васильевич Матвеев (о нём я уже писал — см. пост от  27.8.15) опубликовал свою новую Vladimir Matveevстатью в International Journal of Astrobiology: «Comparison of fundamental physical properties of the model cells (protocells) and the living cells reveals the need in protophysiology» (см. его сайт  <МатвеевСайт>).

Её русский вариант представлен на нашем сайте: <МатвеевПротофизиол>.

Автор рассматривает предбиологическую эволюцию, когда у протоклеток (образований типа коацерватов Опарина или микросфер Фокса) ещё не было ни липидной мембраны, ни ионных насосов. Каким образом обеспечивалась неодинаковость ионного состава внутри и вне этих образований? Матвеев развивает представления о биофазе — системе «вода+белки» и её адсорбционных свойствах; поскольку растворяющая способность связанной воды ниже, чем у объемной, концентрация ионов натрия в протоклетках будет ниже, чем в среде. В целом, по его мнению, в биофазе возникают особые физические условия, благоприятные для предбиологической эволюции, что делает ее колыбелью жизни. Подводя итоги своим размышлениям, автор пишет: «Назрела необходимость в комплексном исследовании фундаментальных физических свойств протоклеток, в создании новой дисциплины — физиологии протоклеток — протофизиологии, которая существенно приблизит нас к решению проблемы происхождения жизни».

Пафос работ Матвеева — представителя ленинградской научной школы Насонова-Трошина и последователя концепции Гилберта Линга (о чём я писал) — уменьшить роль мембраны и её ионных помп, но увеличить роль цитоплазмы. Видимо, в современной цитологии действительно существует перекос в сторону первых, и проблема заключается в нахождении более сбалансированной картины. В данной статье она освещена в эволюционном аспекте.

Кстати, приближается столетний юбилей Физиологического общества им. И.П. Павлова: <ЮбилФизиолОбщ>.