Т. Карлейль о «главе всех поэтов»

Карлейл1Thomas Carlyle (1795—1881) — британский писатель, историк и философ шотландского происхождения, автор многотомных сочинений «Французская революция», «История жизни Фридриха II Прусского». Один из блестящих стилистов викторианской эпохи. Исповедовал романтический «культ героев» — исключительных личностей. В трактате «Герои, почитание героев и героическое в истории» им охвачены Магомет, Данте, Лютер, Руссо, Кромвель, Наполеон, другие деятели и, конечно, Шекспир.

Процитирую несколько фраз (по вышедшему у нас переводу. М.: Вузовская книга, 2006, с. 128):

Насколько я могу судить, общий голос не только нашей страны, но и всей вообще Европы постепенно приходит к заключению, что Шекспир — глава всех поэтов, существовавших до сих пор, что это — величайший ум, какой только в нашем пишущем мире появлялся когда-либо на литературном поприще. Вообще я не знаю другого человека с такой необычайной проницательностью, с такой силой мысли во всех её характернейших проявлениях. Какая невозмутимая глубина! Какая спокойная жизнерадостная сила! Да, в этой великой душе всё отражено так верно, так ясно, как в спокойном бездонном море! Говорят, что в построении шекспировских драм обнаруживается, кроме всяких других способностей, также и ум, равный тому, какой мы признаём в Novum Organum Бэкона…

Novum Organum и весь ум, какой вы находите у Бэкона, — совершенно второстепенного достоинства; каким-то земным, материальным, бедным представляется он по сравнению с умом Шекспира…

Учебник физики Г.С. Ландсберга


ЛандсбергГригорий Самуилович Ландсберг
 (1890—1957) — известный советский физик, профессор МГУ, академик. Его научные труды посвящены физической оптике, молекулярной физике и прикладной спектроскопии. Вместе с Л.И.Мандельштамом в 1928 г. открыл эффект комбинационного рассеяния света. Широко известен как автор учебных пособий «Оптика» (для вузов) и трёхтомного «Элементарного учебника физики» (для школ и техникумов). Этот замечательный курс физики создавался коллективом авторов под общей редакцией Ландсберга. Пособие отличает ясное, неформальное изложение физической сути явлений, и оно по праву завоевало огромную популярность.

Я кончал школу-одиннадцатилетку в 1966 г., и в том же году происходил возврат к школе-десятилетке. Поэтому был двойной выпуск (и соответственно, удвоенный конкурс в вузы). Тогда я воспринимал данный факт как неудачу (потерю года), но теперь вижу иначе: к 11-му классу мы прошли весь школьный курс по математике и физике, и последний год был посвящен систематизации и углублению знаний. Именно в тот очень плодотворный год я, среди прочего, и проштудировал три тома Ландсберга, ставших моим «теоретическим минимумом» на всю дальнейшую жизнь.

Картинки по запросу ландсберг элементарный учебник физики купить

Первое издание учебника вышло в 1948 г. (год моего рождения), я в 60-х читал третье, а в 2017 г. увидело свет аж 15-е издание. Значит, по нему учились уже несколько поколений увлечённых физикой молодых людей!  Можно сказать, классика для старшеклассников.

Тема Макиавелли у Шекспира

МикеладзеВ 2005 г. вышла солидная, почти 500-страничная книга «ШЕКСПИР И МАКИАВЕЛЛИ. Тема «макиавеллизма» в шекспировской драме» (М.: ВК), всесторонне раскрывающая означенную проблему. Автор — доктор филолог. наук, профессор журфака МГУ Наталья Эдуардовна Микеладзе. 

Итальянский политик и мыслитель Никколо Макиавелли (1469—1527) закончил свой самый знаменитый, хотя и небольшой по объёму трактат «Государь» в 1513 году, однако опубликован он был лишь после смерти автора (в 1532 г.). А в конце 60-х годов XVI века католическая церковь внесла произведение в список запрещённых и этим подогрела интерес к нему. Макиавелли выступал сторонником сильной власти — полностью отделяя политику от религиозно-нравственных принципов, он не стеснялся давать правителям очень циничные, шокирующие советы. Для многих автор «Государя» стал совершенно одиозной фигурой, сравнимой с самим дьяволом; начали появляться тексты «Анти-Макиавелли».

Взгляды флорентийца были хорошо известны в тогдашней Англии, и, конечно, они нашли отражение в литературе. Так, «Мальтийский еврей» К. Марло открывался прологом, который произносит сам Макиавелли.

Читать далее

Книга о драматическом искусстве

Видный представитель англо-американской культуры Eric Bentley (ему 102 года) родился в Англии, учился в Оксфорде, с конца 30-х годов в США. Университетский профессор и театральный критик, аБентливтор многих книг. У меня есть его «Жизнь драмы» (М.: Искусство, 1978; оригинал 1967), в которой Бентли анализирует драматические произведения (от античных до современных), рассматривая самые разные их стороны. У него живая, лёгкая манера изложения, а вопросы обсуждаются серьёзные. Немало говорится о Шекспире и Бене Джонсоне.

Вот фрагмент его рассуждений о «Гамлете» — в аспекте «мести, справедливости и прощения» (с. 306):

…сам Шекспир в «Гамлете», похоже, не в силах прояснить двусмысленность соотношения справедливости и мести. Действительно, фабула пьесы представляется в основе своей языческой — настолько языческой, что месть признаётся в её контексте правомерной… Помню, в детстве я недоумевал: почему Гамлет обязан мстить, если в Библии говорится, что мстить грешно? Позже меня отсылали в связи с этим недоумением к словам апостола Павла в Послании к римлянам («Мне отмщение, я воздам, говорит Господь»)… но разве похоже, чтобы Гамлет в какой-то момент являлся орудием мести господней… Если именно это хотел сказать Шекспир, то у него это плохо получилось. (Любопытный факт: многие логические рассуждения о «Гамлете» имеют свойство превращать его в из рук вон плохую пьесу!)

Всё дело в том, что здесь налицо неустранённая двусмысленность, присущая не только данной пьесе и даже не только её автору, а всей цивилизации — цивилизации, которая так и не сделала определённого выбора и всегда имела двойной — нет, даже тройной — критерий: проповедуя прощение, она верит в справедливость и правосудие, а на деле прибегает к мести.

Книги и сыновья Анны Ливановой

Как сказал когда-то главный редактор «ХИМИИ И ЖИЗНИ» акад. Игорь Васильевич Петрянов-Соколов (1907—1996), «научная литература соотносится с научно-популярной, как золотоносная руда с чистым золотом». Да, и этот сложный жанр требует от авторов разносторонней культуры и разнообразных способностей. К счастью, у нас в стране таких людей было много, и среди них  Анна Михайловна Ливанова (1917—2001) .

Физик по образованию, после окончания МГУ она работала в Энергетическом институте им. Г.М. Кржижановского, где изучала мощные электрические разряды. И одновременно писала очерки о науке. Стала автором научно-художественных ЛивановаКнигкниг «Физики о физиках» (1968), «Три судьбы» (о творцах неэвлидовой геометрии) (1975), «Ландау» (1978, 1983) и др., переводившихся на многие иностранные языки. 

Мне не удалось найти в Интернете фото А.М. Ливановой (хотя оно имеется на последней странице обложки её книги «Физики о физиках»), но зато я узнал про двух её сыновей. От первого брака с крупным физиком М.Е. Жаботинским — это вошедший в историю науки (колебательная химическая «реакция Белоусова—Жаботинского»Анатолий Маркович Жаботинский (1938—2008); кстати, его мачехой стала И.Л. Радунская — тоже популяризатор науки (о ней я недавно писал). А от второго брака с писателем-фантастом Александром Шаровым (настоящая фамилия Нюренберг) — недавно скончавшийся писатель, поэт, лауреат «Русского Букера» (в 2014 году) Владимир Александрович Шаров (1952—2018).

Вот так, и в семейной жизни, и в творчестве Анны Михайловны соединились наука и литература.

Г.С. Хромов о небесном и земном

Гавриил Сергеевич Хромов (1937—2014) — астроном, науковед, переводчик и Хромовпопуляризатор науки. В 1959 г. окончил мехмат МГУ по специальности астрономия и был принят в ГАИШ. Занимался планетарными туманностями, в 85-м выпустил монографию на эту тему; кроме того, много внимания уделял организационной и текущей работе с астрономами-любителями. В 1998 г. стал заведующим отделом астрономии в ВИНИТИ, а в 2003-м перешёл на работу в “Институт проблем развития наук” при Президиуме РАН; там он подготовил двухтомный труд “Научно-технический потенциал России” (в соавторстве с Л.Э. Миндели).

Хромов перевел с английского (полностью или частично) или отредактировал около десятка книг. Среди них даже научно-фантастический роман известного специалиста по астрофизике и космогонии Ф. Хойла (в соавторстве с  Дж. Эллиотом“Андромеда” (1966). Ешё он увлекался разными видами спорта, имел звание мастера по фехтованию.

В 1995 г. Гавриил Сергеевич издал книгу «Наука, которую мы теряем» (М.: Космосинформ). У меня есть эта небольшая книжка, отражающая дух переломных 90-годов. Размышляя об истории советской науки, её достоинствах и недостатках, автор высказал немало любопытных суждений.

Пара цитат:

Читать далее

М. Морозов о принципах перевода

МорозовМихаил Михайлович Морозов (1897—1952) — один из основателей советского шекспироведения. Родился в семье фабриканта М.А. Морозова, мецената и коллекционера живописи (маленького Мишу изобразил в своей известной картине «Портрет Мики Морозова» В. Серов). Английский язык и литературу изучал в Британии; вернувшись в Россию, окончил филфак МГУ. С 1920-х годов работал театральным режиссёром, преподавал, занимался переводами; читал лекции по истории английской литературы на английском языке; в 30-е годы как консультант помогал театрам ставить пьесы Шекспира. Организовал и возглавил кабинет Шекспира при ВТО, руководил всесоюзными шекспировскими конференциями.

В статье «А.Н. Островский — переводчик Шекспира«, опубликованной в 1946 г., он выразил свой взгляд на принципы художественного перевода  (цит. по кн. М.М. Морозов. Избранные статьи и переводы. М. : Худ. лит. 1954, с.244):

Согласно широко распространённому мнению, перевод тем ближе к оригиналу, чем пассивней переводчик…  он не должен обладать слишком ярко выраженной художественной индивидуальностью, которая неизбежно вступает в борьбу с полинником и отвлекает переводчика в сторону субъективного вымысла. Такая точка зрения в значительной степени справедлива, когда мы имеем дело с переводом научного трактата. Но история художественного перевода доказывет иное. Только те переводы, которые «отходили» от буквального копирования, оставались живыми произведениями и достигали подлинного сходства с оригиналом. История художественного перевода подтверждает следующий закон: чтобы приблизиться к подлиннику, нужно отойти от него.

В другом месте Морозов заметил: «Поэтический перевод шекспировских сонетов, вероятно, невозможен, если не отойти от них на некоторое расстояние».

«Драма идей» Ирины Радунской

Многие знают увлекательные, вдохновляющие книги о науке и учёных, например «КВАНТЫ и МУЗЫ» (1980), Ирины Львовны Радунской. В юности она получила Радунскаямузыкальное образование, изучала историю искусств, философию, писала стихи. Но затем, будучи захваченной эпохальными достижениями науки и техники, устремилась в эту область. Окончив МАИ, стала заниматься электроникой и одновременно начала печататься в периодике как научный публицист. Главной её темой стали приключения научной мысли, интеллектуальные подвиги (прежде всего, в физике XX века). Как сказал А. Эйнштейн, история физики — это драма, драма идей.
Радунская лично знакома со многими учёными, в том числе нобелиатами, посещала их лаборатории, брала интервью. Она читала лекции по истории науки в университетах разных стран, её книги переводились на иностранные языки и издавались за рубежом. (В ХиЖ, 1992, №№ 1, 2, 3 напечатан её «Неизвестный Сахаров».)

Вот как она сама написала в 2012 году, подводя итоги своей литературной деятельности  (ныне она уже разменяла десятый десяток):

Я была принята в члены Союза писателей СССР в 1967 году. Это было очень урожайное для советской литературы время…  жизнь бурлила и фонтанировала… Формально мы принадлежали своим цехам – были Объединения прозаиков, поэтов, очеркистов, детских и юношеских писателей. И в объединение очеркистов входила группа писателей — Данин, Писаржевский, Орлов, Вебер, Разгон, Карцев.., которые создавали новый жанр литературы – научно-художественный. Аналогов ему не было ни в одной стране, а теперь такого жанра, по-видимому, не стало вовсе.

Напомню, что в 60-е годы начали регулярно выходить большими тиражами сборники «ПУТИ В НЕЗНАЕМОЕ. Писатели рассказывают о науке».

Ф. Бэкон о королеве Елизавете I

Небольшой трактат на латыни О СЧАСТЛИВОЙ ПАМЯТИ ЕЛИЗАВЕТЫ, КОРОЛЕВЫ АНГЛИИ Фрэнсис Бэкон написал, предположительно, в 1608 году, впервые опубликован в 1658-м.
ЕлизПервая

Несколько фрагментов (цит. по книге: Ф. Бэкон. История правления короля Генриха VII. М.: Наука, 1990):

…Правление женщин во все времена было редкостью; ещё реже такое правление было благополучным; сочетание же благополучия и продолжительности есть вещь наиредчайшая. Эта королева, однако, правила полных сорок четыре года и не пережила своего счастья. Об этом счастье я и собираюсь кое-что сказать, не сбиваясь в славословие, ибо слава — это дань людская, а счастье — дар Божий. (с. 171)

…Не следует забывать и о том, каков был народ, которым она правила; ибо доведись ей править среди жителей Пальмиры или в такой миролюбивой и изнеженной стране, как Азия, наше удивление было бы меньшим; женственным народом вполне хорошо может управлять и женщина, но то, что у англичан, народа особенно свирепого и воинственного, всё совершалось по мановению женской руки — это заслуживает высочайшего восхищения.

Заметьте также, что этот самый нрав её народа, всегда жаждущего войны и с трудом переносящего мир, не помешал ей заботиться о достижении и сохранении мира на протяжении всего её царствования. И это её стремление к миру, вместе с успехами в его осуществлении, я отношу к величайшим её заслугам — как то, что составило счастье её эпохи, подобало её полу и было благотворным для её совести. (с. 173).

Книга о шекспировской проблеме

Шекспировский вопрос широко обсуждается на Западе, недавно вышла книга:

My Shakespeare: The Authorship Controversy

Experts Examine the Arguments for Bacon, Neville, Oxford, Marlowe, Mary Sidney, Shakspere, and Shakespeare

Who really wrote the Shakespeare plays? This important literary and cultural controversy is livelier and more widely discussed than ever before. Here, nine leading experts offer their version of who wrote the plays.

The editor, Professor William Leahy, is Deputy Vice-Chancellor at Brunel University London. He is the author of Shakespeare and His Authors: Critical Perspectives on the Authorship Question (Continuum, 2010).

                 CONTENTS:КнШексАвтор

William Leahy, Introduction.

Alan H. Nelson, William Shakespeare of Stratford-Upon-Avon and London.

Diana Price, My Shakspere: “A Conjectural Narrative” Continued.

Alexander Waugh, My Shakespeare Rise!

Ros Barber, My Shakespeare: Christopher Marlowe.

John Casson, William D. Rubinstein, and David Ewald, Our Shakespeare: Henry Neville 1562-1615.

Robin Williams, My Shakespeare: Mary Sidney Herbert, the Countess of Pembroke.

Barry Clarke, My Shakespeare: Francis Bacon.

William Leahy, My (amalgamated) Shakespeare.

Значит, в книге рассматриваются такие кандидаты: Шакспер (актёр из Стратфорда), сэр Фрэнсис Бэкон, сэр Генри Невилл, Эдвард де Вер граф Оксфорд, Кристофер Марло, графиня Мэри Пембрук (Сидни), а также групповое авторство.

Хочется спросить: а где же Роджер Мэннерс граф Рэтленд? Он остаётся вне поля зрения англоязычных шекспироведов. Тем большее значение приобретает наш «особый путь»: именно эта личность в последние десятилетия оказалась в центре внимания известных российских исследователей И.М. Гилилова и М.Д. Литвиновой. Да и мы в книге «Шекспир: лица и маски» кое-что добавили в пользу этой версии.