«Принцип сочувствия» в науке

В 60-е, 70-е, 80-е годы регулярно выходили сборники очерков об ученых и науке «ПУТИ В НЕЗНАЕМОЕ. Писатели рассказывают о науке». Эти книги печатались большими тиражами и пользовались широкой популярностью и у «физиков», и у «лириков». Среди авторов много писателей, работавших в научно-художественном жанре, журналистов, а также учёных. 

МейенВ выпуске № 13 (1977) была большая статья «Принцип сочувствия» Сергея Викторовича Мейена (1935—1987) — известного палеоботаника, геолога и биолога-эволюциониста. В ней он на разных примерах из прошлого и настоящего науки показывал, что восприятию новых идей и прогрессу науки часто мешает, так сказать, человеческий фактор.

Он писал: «Я не понимал простой истины: любимая идея порой становится для учёного вторым «я», а её крах оборачивается крахом личности. То же касается и научных коллективов… Не будем строить иллюзий и изображать дело так, будто бы воодушевлённые новой идеей массы учёных всегда охотно и дружно приветствуют новых пророков в своём отечестве. Несравненно чаще драма идей с неизбежностью порождает тяжёлую драму людей»Он отмечал, что к новым, интуитивным идеям почему-то сразу предъявляют жёсткие требования полной строгости, чуть ли не законченной аксиоматизации. А требуется совсем иное — сочувствие, «соинтуиция». «Надо мысленно стать на место оппонента и изнутри с его помощью рассмотреть здание, которое он построил».

Наверное, он выразил всего лишь некое благое пожелание. Но оно возникло не на пустом месте, а отражало тот идеализированный взгляд на науку, который сформировался в советском обществе, — её было принято считать прежде всего творческой деятельностью, наподобие искусства, причём неотделимой от нравственной основы исследователя. А в западном мире науку рассматривали скорее как одну из сфер бизнеса; теперь то же стало и у нас.

ШрейдерПосле кончины Сергея Викторовича его друг видный математик, кибернетик и философ Юлий Анатольевич Шрейдер (1927—1998) написал посвящённую Мейену статью, в которой изложил свои соображения по поднятым С.В. вопросам. Она опубликована в ХиЖ (1991, № 4) и теперь представлена на нашем сайте: <ШрейдерПрСоч>.

С.В. Мейен и Ю.А. Шрейдер были яркими, неординарными людьми. Их присутствие на каком-то семинаре гарантировало высокий уровень обсуждений.

Художник Александр Лабас

Девичья фамилия моей мамы — Лабас, а известен художник, представитель русского авангарда 20–-30-х годов, один из учредителей Общества станковистов (ОСТ) Александр Аркадьевич Лабас (1900 — 1983). Они родственники (их отцы были двоюродными братьями), но лично знакомы не были, хотя жили почти рядом: мама на Маросейке, а он на Мясницкой в знаменитом доме ВХУТЕМАСа напротив почтамта. ЛабасСидя

Я его тоже лично не видел, но мне очень нравятся его работы. Мастера вдохновляли достижения техники — аэропланы, дирижабли, паровозы, метро… Всё у него очеловечено и опоэтизировано; романтика, энтузиазм, вера в светлое будущее. «Его романтичность — в открытости жизни, в поэзии нового. В каж­дом факте — событие, в новом — радость» (Павел Ин). В общем, его творчество близко мне по духу.

 

 

Лабас МетроЛабасКрылоСам

 

 

 

 

 

 

 

лабас дрижаб

Лабас Самодёт

 

 

 

 

 

 

Издан ряд книг о художнике, альбомов, регулярно организуются выставки. В 2013 г. вышла книга Наталии Семёновой «Лабас» в серии ЖЗЛ. Создан Фонд его имени: <ФондА.Лабаса>.

В детстве я любил рисовать, даже ходил в соответствующий кружок в Городском доме пионеров. Потом был большой перерыв, но лет в 25 вдруг страстно захотелось этим заняться. Купил набор масляных красок, палитру, кисти, грунтованные холсты на картоне и начал писать (несколько произведений и сейчас висят на стенах). Странный порыв продолжался, наверное, месяц-два, после чего иссяк, и уже навсегда. Может быть, гены?

Выставка Гарифа Басырова

С 16 июня по 17 сентября в Отделе личных коллекций Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина открыта выставка работ художника Гарифа Шариповича Басырова (1944—2004). Он родился в АЛЖИРе (Акмолинском Лагере Жен Изменников Родины). В 60-е учился сначала в художественной школе при Суриковском институте, затем на художественном факультете ВГИКа. Дипломные листы делал к булгаковскому «Мастеру и Маргарите». Одна из первых его выставок — в 70-м в редакции журнала «Юность».

БасыровФото3

С конца 60-х Басыров принял участие более чем в 200 выставках в разных странах, получил свыше 30 призов и дипломов на международных конкурсах. В 1988-89 гг. работал во Франции над цветными литографиями и офортами для галереи Enrico Navarra в Париже.

«Среди широкой публики Басыров стал известен благодаря иллюстрациям в очень популярном тогда (во многом благодаря художнику) не только у химиков журнале «Химия и жизнь». Под невинным названием процветало издание не то чтобы диссидентское, но и не совсем укладывающееся в единственно правильную доктрину советской журналистики. Рисунки Басырова создали журналу яркий и неповторимый стиль» (Михаил Лазарев).

Вот одна из его работ:

басыровПолёт

Горжусь тем, что рисунок к самой первой из опубликованных в ХиЖ (1984, № 2) моих статей сделал этот признанный мастер (замечу, что я был никому не известный автор, выловленный из самотёка): <БасыровЭтюды>.

Э. Скерри. Философия химия

Мы привыкли, что постоянно обсуждаются философские вопросы физики, биологии, наук о мышлении и искусственном интеллекте… В молодости покупал разные философские книжки (их выходило много), несколько лет выписывал журнал «Вопросы философии». Ведь философы науки «по долгу службы» следили за развитием определённой области знаний и невольно делали как бы её широкий обзор.
Скерри1

Конечно, в химии тоже есть философские проблемы. Им посвятил свою статью историк и популяризатор науки из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, главный редактор журнала «Foundations of Chemistry» Эрик Скерри. В моём переводе она опубликована в ХиЖ (2003, № 10): <ФилосХимии>.

Немецкий логик Вальтер Дубислав (Dubislav; 1895—1937) когда-то сострил: «Философия — это злоупотребление специально разработанной терминологией». Однако те или иные злоупотребления встречаются везде, а у философии есть свои важные функции. Ведь научное знание всегда ограничено (трудно представить, что сто лет назад не было понимания, за счёт каких процессов светят звёзды, Солнце) и отрывочно, различные теории не увязаны в общую картину. Эти недостатки стремится устранить философия.

Ответы на многие важнейшие вопросы естественные науки найдут, быть может, лишь через сотни лет, но мы хотим уже сейчас представить их, чтобы иметь целостный взгляд на мир (пусть и гипотетичный). Поэтому мы выходим за границы известного, но, сохраняя рациональный стиль мышления, пытаемся на основе уже выработанных общих — философских — представлений заглянуть вперёд. 

В общем, философия имеет и эвристическое значение (я изложил некоторые другие свои соображения в предисловии к переводу статьи Скерри.)

Памяти проф. Джорджа Олаха

В возраста 89 лет в США умер известный химик, нобелиат 1994 г. профессор Джордж (Дьердь) Олах (Ола).

олах

В 90-е годы я вёл в ХиЖ рубрику «Новости науки», в которой освещал и Нобелевские премии. Как правило, писал сам (по всем номинациям), но бывали случаи, когда я чувствовал, что моих знаний недостаточно, что хорошо разобраться в достижениях лауреатов не могу, и тогда обращался за консультациями к специалистам. Так случилось и с Олахом, а помогла мне коллега в редакции, кандидат химических наук Вероника Викторовна Благутина. Вот какой текст появился в ХиЖ (1995, № 1):

Нобелевские премии за 1994 год

По химии

Лауреатом стал Джордж Олах, возглавляющий Исследовательский центр при Университете в Лос-Анджелеce. Он родился в Венгрии в 1927 году, а с 1957 года живет в Америке. Любопытно, что в школьные годы Олах не увлекался химией — его больше интересовали гуманитарные науки.

Когда химики-органики пишут уравнения реакций, они не рассматривают промежуточные соединения, которые хотя и живут миллионные доли секунды (или даже меньше), но решающим образом влияют на превращение исходных молекул в конечные. Поскольку не было возможности на прямую изучать эти мимолетные интермедиаты, химики много десятилетий спорили об их свойствах, а некоторые даже отрицали их существование.

Читать далее

Юлий Данилов и Льюис Кэрролл

ДаниловФотоЮлий Александрович Данилов (1936—2003) профессионально занимался в Курчатовском институте нелинейной Картинки по запросу кэрроллдинамикой, синергетикой, писал научные книги и статьи (я уже кое-что сказал о нём в посте об Илье Пригожине <Пригожин.ЮА>). А среди многих интересовавших его творцов одно из первых мест занимал Льюис Кэрролл. Ю.А. перевёл несколько его книг: «История с узелками» (1972), «Логическая игра» (1991), «Письма к детям» (1999). Во многом благодаря ему у нас стало известно, что Кэрролл был неординарным математиком и логиком. В 1979 г. вышли «Приключения Алисы в стране чудес» в серии «Литературные памятники», и там была статья Данилова и его старшего коллеги в «Курчатнике» — известного физика, а также большого любителя и знатока Кэрролла Я.А. Смородинского «Физик читает Кэрролла», в которой было немало оригинальных идей.

Данилов говорил о феномене Кэрролла: у него логико-математическое и художественное мышление образовали особый сплав. Именно этому Ю.А. посвятил статью «Льюис Кэрролл как нелинейное явление», опубликованную в ХиЖ (1997, № 5). Но ведь и автор статьи тоже представлял собой подобный сплав. Вообще, учитывая широту интересов и огромный объём работы (больше ста переведённых книг!), выполненной Даниловым за не очень длинную жизнь, можно сказать, что и он был феномен: соединил в себе учёного (хотя и не имел степеней и званий), переводчика-полиглота, историка науки и просветителя.

Я имел честь быть редактором этой его статьи. К ней добавлен перевод из журнала «Interdisciplinary Science Reviews» статьи «Алиса и Георг Лихтенберг». Перевёл я под руководством Алексея Дмитриевича Иорданского (ныне покойного) — сотрудника редакции и опытного переводчика (он переводил «Двойную спираль» Дж. Уотсона и много других книг).

Эти материалы представлены на нашем сайте: <КэрроллДанилов>.

Караваджо: слишком человеческое

%d0%ba%d0%b0%d1%80%d0%b0%d0%b2%d0%b0%d0%b4%d0%b6%d0%beПрочёл книгу про итальянского художника Микеланджело Меризи по прозвищу Караваджо из серии ЖЗЛ (2011). Её написал Александр Борисович Махов — историк литературы и искусства, бывший%d0%bc%d0%b0%d1%85%d0%be%d0%b2 дипломат, проработавший 30 лет в Италии. Он автор также биографий Тициана и Рафаэля, переводчик стихов Микеланджело.

Помимо очень интересной и самобытной живописи, меня привлёк к Караваджо тот факт, что даты его жизни (1571—1610) почти совпадают с таковыми графа Рэтленда (1576—1612). Меризи родом из Милана, но в 91-м после уличного инцидента, закончившегося убийством одного из участников, он вынужден был бежать в Рим, где создал большинство своих произведений. Но и Вечный город после ещё одной стычки с кровопролитием ему тоже пришлось покинуть в 1606 г. Далее Неаполь, остров Мальта, Сицилия… Конфликты с властями, с полицией, тюремное заключение, бегство… Кольцо преследователей стягивалось, и затравленный художник гибнет при невыясненных обстоятельствах. Нужно учесть, что Караваджо был гордым человеком, малейшие унижения вызывали у него вспышки ярости, чем умело пользовались его завистники и недоброжелатели; есть свидетельства, что он был подвержен резким перепадам настроения.

В Италии в ту эпоху творили многие художники. Хотя существовали и частные коллекции, основным заказчиком живописных работ выступала церковь, которой требовались роспись стен и украшение картинами многочисленных храмов. Имея репутацию большого мастера, Караваджо не испытывал недостатка в заказах. Он их выполнял, но затем кто-то из церковных иерархов, как правило, выражал своё недовольство, считая его изображения слишком «натуралистичными». И полотна отправляли в хранилища, в подвалы, где они пылилась столетиями, пока не были кем-нибудь случайно обнаружены; поэтому настоящая известность пришла к живописцу лишь в прошлом веке.

Читать далее

ЕВРО 2016. Субъективные итоги

Основное разочарование от закончившегося футбольного форума: все гранды европейского футбола — команды Германии, Испании, Италии, Англии, Франции — оказались в таком состоянии, что ни одна из них не заслуживает звания «лучшей на континенте» (да, и Франции тоже — вспомним хотя бы её матч с немцами). Поэтому весь чемпионат оставил бы у меня довольно плохое впечатление (впрочем, были отдельные яркие события и неожиданности, связанные, прежде всего, с Уэльсом и Исландией), если бы…

Евро2016

Если бы не финальный матч, который, мне кажется, многое исправил — он как бы восстановил справедливость. Францию считали явным фаворитом, она играла у себя и, конечно, уже предвкушала свой — незаслуженный — триумф. Но нет. Когда на последней минуте основного времени мяч после удара французского форварда с близкого расстояния попадает в штангу (как пишут обозреватели, не хватило ДВУХ сантиметров, чтобы мяч отскочил в сетку), я поверил, что португальцы выиграют (думал, что по пенальти). То было знамение — подозреваю даже, что сборную Португалии как бы опекало само Божественное провидение.

Разумеется, я не считаю, что именно Португалия своей нынешней игрой заслужила лавры, но эта маленькая страна имеет большие футбольные традиции («европейские бразильцы»). И хорошо, что она сумела поставить на место «великих и сильных» — это пойдёт им на пользу.

Гамлет. Рисунок Обри Бёрдсли

Создавший свой особый стиль английский художник-график Обри Бёрдсли (1872—1898) был разносторонне талантливым человеком, он известен также как литератор и музыкант. Большое место в его графике занимали книжные иллюстрации. Не обошёл он и Шекспира:

«В ноябрьском номере журнала «Пчела» за 1891 г. на фронтисписе был помещён карандашный рисунок юного Бёрдсли «Гамлет идёт за тенью отца». Сам художник, комментируя эту свою работу, писал одному из приятелей: «ошеломляющий рисунок, скажу я вам». И был прав, ибо он, к изумлению современников, изобразил худую, тщедушную фигуру длинноволосого юноши, чьё тело от шеи до колен туго обмотано — словно забинтовано — узким шарфом. Гамлет зябко пробирается сквозь голый, безлиственный лес… Напряжённым, едва ли не безумным взглядом Гамлет всматривается вглубь чащи. Рука протянута вперёд, а ноги как бы подломлены в коленях и движутся медленно, осторожно. Во всей вертикально развёрнутой композиции — странное, но проведённое с обдуманной последовательностью сочетание смертельного страха и неуклонного, независимого от собственной воли юноши, тяготения к неведомой влекущей тени. Холод, предчувствие гибели, оцепенение ужаса, но следующий шаг неизбежен» (из книги: Т.И. Бачелис. Шекспир и Крэг. М.: Наука, 1983, с. 69).

Я высказал свою гипотезу о том, что в «Гамлете» могло скрываться за ночными появлениями Призрака — см. запись от 7.8.15: <ГамлПризрак>.

Памяти сэра Гарольда Крото

Крото30 апреля умер один из открывателей фуллеренов английский химик Гарольд Уолтер Крото (1936—2016). Решающие события произошли в 1985 году, но и сейчас эта область науки продолжает интенсивно развиваться.

В 1996 г. Крото вместе с Ричардом Смолли (1943—2005) и Робертом Кёрлом (р. 1936) получил Нобелевскую премию по химии. В рубрике «Новости науки», которую я вёл в те годы в ХиЖ, я освещал и достижения лауреатов. Вот что было написано про этих учёных (ХиЖ, 1997, № 2):

НОБЕЛЕВСКИЕ ПРЕМИИ 1996 ГОДА

«Nature», 1996. v.383, р.465; р.561

ХИМИЯ

Премии удостоены первооткрыватели столь известных сегодня фуллеренов, или бакиболов — американцы Ричард Смолли и Роберт Кёрл из Университета Райса (Остин, штат Техас) и англичанин Гарольд Крото (Университет Сассекса). Новая — сферическая — форма углерода возникала при испарении графита лазерным лучом. Нет надобности описывать историю открытия — она подробно изложена в статье профессоров В.А. Смита и Ю.А. Устынюка («Химия и жизнь», 1992, № 1); немало заметок о фуллеренах было и в «Новостях науки».

Читать далее